Введите ваш запрос для начала поиска.

Индонезия: Бали, Ломбок, Комодо

Автор: Сергей Коняшин

Эти путевые заметки посвящены поездке в Индонезию с моей женой Ноэми и нашим десятимесячным сыном Адрианом. К приведённым цифрам, в первую очередь ценам, стоит относиться с определённой долей условности, поскольку даже за то время, которое мы провели в Индонезии (с 11 марта по 14 апреля 2016 г.), курс национальной валюты ощутимо изменился, упав с 12870 до 13120 рупий за доллар.

11 марта, пятница

Приезжать в аэропорт заблаговременно не было необходимости. Мы прошли электронную регистрацию на сайте авиакомпании за два дня до вылета и на обоих рейсах выбрали места в первом ряду после отделения первого класса. Ни разу не пожалели! Во-первых, там больше места в ногах, где можно было запустить ползать Адриана. Во-вторых, в стене перед тобой есть пазы под специальную люльку для ребёнка. И в первом (четыре часа до Дохи), и особенно во втором (девять часов до Бали) полётах Адриан очень хорошо в ней лежал. Однако, когда начиналась зона турбулентности, стюардессы по соображениям безопасности просили вытащить его из люльки, даже если он крепко спал. Это обесценивало полезность приспособления, поскольку зоны турбулентности возникали и исчезали неожиданно. Адриана приходилось будить, забирать на руки, и заново укачивать в кресле. Поэтому удобства люльки можно считать сомнительными. Если ребёнок может проспать весь полёт на руках и вам не трудно его подержать, лучше попросить стюардесс вообще не устанавливать люльку. Без неё больше места и ничто не будет мешать вставать с кресла, открывать обеденный столик или мультимедиа-панель.

Бали по прилёте нас приятно удивил: очень зелёный, сразу располагающий к себе остров с теплым влажным климатом. Разместились в отеле «Легиан», который Ноэми заказала и оплатила по интернету за две недели до нашего приезда (три дня – 50 долл США).

12 марта, суббота

С утра долго не хотелось открывать глаза, как будто боялись спугнуть непривычное ощущение, что вставать по будильнику и вечно куда-то спешить больше не нужно. Позавтракали в немецком ресторане рядом с отелем (около 10 долл. США на двоих) и почти весь день провели на бассейнах. Их в «Легиане» два. Один, как мы его назвали – алкоголический, на крыше рядом с баром. Другой, по нашей классификации – романтический, на земле среди пальм. Во втором Адриан познакомился с двухлетней Евой из Австралии. Между ними сразу вспыхнули взаимные чувства: они долго рычали друг на друга, хватали за волосы и били руками по лицу.

13 марта, воскресенье

Дошли, наконец, до моря. Наш отель расположен в полукилометре от пляжа, но всё очень плотно застроено и перегорожено - приходится делать большой крюк. Судя по всему, с этой стороны острова – неспокойная часть побережья. Ходят огромные волны, на которых можно увидеть множество сёрферов.

Адриану волны понравились. Правда, его несколько раз накрывало с головой, после чего он, едва отплевавшись, начинал сильно кричать. Но, умывшись и попив пресной водички, успокаивался и снова продолжал упорно тянуться к воде. В коротких перерывах между этими одиссеями он ползал по горячему песку и широко улыбался прохожим.

Несмотря на то, что Бали нам очень понравился, пришлось признать, что цены здесь объективно выше широко разрекламированных в интернете. Полноценный обед стоит вовсе не пять-шесть долларов США, а 25-30. Месяц в режиме таких расходов обошелся бы достаточно дорого. К тому же мы и не рассчитывали на такие траты, когда обдумывали, сколько денег взять с собой.

В конечном счёте решили уехать с Бали, на более дешёвый остров. Изучив отзывы в интернете, выбрали Гили Траванган. В отеле нам пытались продать билет туда за 120 долл. США и очень предостерегали не связываться с частниками. Нам это показалось слишком дорого, и мы решили на всякий случай сравнить цены. Первый же частник предложил нам билеты за 40 долл. США. Мы пошли дальше, начали активно торговаться и в итоге купили за 33. Продавец в отеле, когда услышал, за сколько мы взяли билеты, смешно всплеснул руками и громко воскликнул: «Я даже не знаю, ругаться мне или нет».

14 марта, понедельник

С утра выписались из отеля и поехали в порт на автобусе, который за нами прислали. По дороге захватили трех немцев из другой гостиницы. Правда, к середине пути выяснилось, что из них только один коренной немец, а другие два – русские иммигранты. Поэтому нам с Ноэми пришлось сменить тему, чтобы они не слышали, как мы возмущаемся обилием больших деревянных пенисов, которые продаются здесь на каждом шагу в качестве сувениров.

Порт расположен на противоположном конце острова, поэтому чтобы добраться туда, пришлось проехать насквозь всю южную часть Бали с запада на восток. Мы прибыли в 11:00, но на месте выяснилось, что судно отходит только в 13:00. Зачем нас так рано привезли, никто, разумеется, внятно не ответил, зато предложили скоротать время в кафе на причале. В общем, методы наживы на туристах ничем не отличаются от общераспространённых. Цены в грязном, полном мух и тараканов кафе оказались выше, чем в ресторанах рядом с нашим отелем. Поэтому мы демонстративно вернули меню официантке и перекусили фруктами, которые в большом количестве продаются на улицах.

Когда пришло время садиться в катер, и мы с группой наших попутчиков вышли на причал, нас тут же плотно облепили девочки-торговки, продающие пиво. Естественно, втридорога. В море выяснилось, что прямо посереди катера стоит большой холодильник, доверху набитый таким же, только бесплатным, пивом. Включено в стоимость билета, видимо, чтобы туристам было проще переносить долгое морское путешествие (3-4 часа в зависимости от погоды). Пожилая канадская чета, которая купила на пристани сразу четыре бутылки, несколько раз переспрашивала мальчишку-малайца, помощника капитана, действительно ли пиво бесплатное. И тот их каждый раз, похоже, очень сильно огорчал, широко кивая своей грязной лохматой головой – да, бесплатное, берите сколько хотите.

Адриан, едва его занесли на борт, крепко вцепился руками в леера и широко распахнутыми глазами смотрел, не отрываясь, на море. Он впервые в жизни увидел открытый океан!

На Гили Траванган пришли поздно вечером. С трудом отбившись на пристани от назойливых агентов съёмной недвижимости, ушли вглубь острова. В поисках дешёвого жилья натолкнулись на мексиканца, который отвёл нас к недавно обосновавшейся здесь немке по имени Китти. Сняли у неё комнату за 150 тысяч рупий (чуть больше 10 долл. США) в сутки.

15 марта, вторник

Наша комната, конечно, не вершина мечтаний, но за такие деньги сойдёт. Нет кондиционера, но мы им не пользуемся даже в Хартуме, чтобы не простудить Адриана. Нет холодильника, но мы и не рассчитывали хранить продукты и готовить сами, когда в местных ресторанах можно питаться за копейки. Нет горячей воды, но на широте, близкой к экватору, это условное неудобство можно пережить. И т.д. В общем, маленькой тесной комнаты с минимумом удобств нам вполне хватает. Тем более что мы планируем в ней только ночевать, а весь день проводить на море.

Собственно, сегодняшний, первый полный день на этом острове мы именно так и провели. В отличие от Бали, море здесь спокойное, без больших агрессивных волн – самый подходящий вариант для отдыха с десятимесячным малышом. Пришлось заплатить 100 тысяч рупий за шезлонг, но это потому, что мы ещё не освоились на острове и не узнали хороших мест вдали от назойливой туристической инфраструктуры. 

16 марта, среда

Решили прогуляться не в сторону моря, а вглубь леса, который, как нам показалось, начинается сразу после последних домов на нашей улице. На самом деле, как такового леса на Гили Траванган уже давно нет. Бизнес выдавил с побережья вглубь острова дома бедняков, мусорки, пастбища, скотобойни, кокосовые плантации и всё остальное, что требуется для обслуживания отелей, ресторанов, пляжей, клубов сёрфинга и прочих туристических объектов на берегу. Поэтому насладиться тишиной и уединением тропических джунглей не получилось.

Когда проходили мимо квартала курятников, Адриан заметил большого белого петуха с роскошным красным гребешком и очень обрадовался. Петух, правда, не обратил на него ни малейшего внимания и продолжил деловито клевать навоз мускулистой коричневой коровы с прямыми волнообразными рогами, лежащей под кокосовой пальмой неподалеку. Пришлось носить Адриана вслед за петухом, чтобы он смог его как следует рассмотреть. Через несколько минут внимание Адриана переключилось на бело-коричневую курицу с выводком серых цыплят, потом вообще на всех куриц в зоне видимости.

Уходить от курятников Адриан решительно не хотел. Стоило подняться и начать уносить его дальше по дороге, начинал брыкался и закатывать истерику. Пришлось остаться с ним среди куриц, за которыми он внимательно наблюдал. Но разочарования избежать не удалось. Через полчаса курицы выклевали всё что хотели из коровьего и лошадиного помёта и довольные разбежались в щели под заборами. Адриан был безутешен, но ни одна курица к нему так и не вернулась.

Дорога неспешным шагом через весь остров, без учета получасовой остановки у курятников, заняла около сорока минут. Западное побережье сильно отличалось от нашего восточного. Весь берег застроен дорогими отелями с собственными охраняемыми пляжами, на которые пускают только постояльцев. Самый дешёвый номер (домик-бунгало) в одной из таких гостиниц стоит больше 100 долл. США. На этом берегу также нет общих пляжей, клубов с громкой музыкой и маленьких дешёвых ресторанчиков, которыми сплошь усыпана набережная на нашей стороне. Только большие серьёзные – и, очевидно, достаточно дорогие – рестораны, гордо нависающие над океаном.

Возвращались не через центр острова, а по побережью северной стороны. Тенденция прослеживается очень хорошо – чем ближе к востоку, тем дешевле гостиницы, проще и демократичнее инфраструктура и контингент отдыхающих. Если восток острова – ареал обитания преимущественно лохматого, курящего (не только табак), татуированного интернационального быдла, то по западному берегу чинно прогуливаются в основном чопорные пожилые европейские и американские пары или джентльмены солидного возраста с дочерями (или с девушками, годящимся им в дочери, а иногда и во внучки). 

17 марта, четверг

Продолжаем осваиваться на острове. Прогулялись далеко на юг по нашему восточному побережью. Нашли несколько раскидистых деревьев на пока ещё не тронутых гостиницами берегах. Там нет никаких шезлонгов и прочего навязчивого сервиса. Просто расстилаешь полотенце на песке и купаешься.

Также – по наводке Китти – отыскали ночной рынок с целым скоплением недорогих забегаловок. Это небольшая площадь на берегу, окружённая по периметру с трёх сторон (четвёртая выходит на море) лавками и кафешками с местной едой, которую подают на картонках. Выглядит, конечно, в высшей степени по-бедняцки, но это, тем не менее, достаточно вкусно, сытно и дёшево. Поужинать можно за 25 тысяч рупий (меньше двух долларов США).

Перед едой можно выпить кокосовой воды прямо из огромного ореха. В зависимости от его величины и вашего умения торговаться, это будет стоить от 10 до 40 тысяч рупий. 

18 марта, пятница

Объехали весь остров вдоль моря на конной тележке, которых тут за полным неимением машин очень много. Адриан всю дорогу проспал, а когда нас привезли на исходную точку, вдруг проснулся и ни за что не хотел вылезать из повозки. Со скандалом вытащили его наружу, но конная прогулка ему так понравилась, что он напоследок крепко схватил лошадь за ухо, чем очень сильно её напугал. 

19 марта, суббота

Сосед-индонезиец, живущий с огромной семьёй, попросил разрешения принести свою маленькую дочь Лили поиграть с Адрианом. Девочка оказалась его ровесницей – десять месяцев. Индонезиец сказал, что у него много детей, но такая маленькая только одна, поэтому ей не с кем играть. Правда, игра не заладилась и с Адрианом. Сперва он, как всегда и на всех, зарычал на неё, потом отобрал у малышки печенье, съел и попросился обратно на ручки. 

20 марта, воскресенье

Пытались найти обходную дорогу (не через набережную, вечно шумную и полную людьми) к нашему месту для купания под отдалённым деревом. В результате заблудились и забрели в другое приятное место. Рядом с развалинами заброшенного кафе есть неплохой пляж. Но хороший там только берег. Море отвратительное: очень мелкое, всё дно усыпано острыми обломками кораллов. Лежать, читая книгу, на берегу – одно удовольствие; купаться категорически невозможно. Поэтому после обеда на ночном рынке (днём он тоже работает, несмотря на название) пришлось уйти на старое место. Вдоль побережья, уже хорошо знакомого нам, это было сделать очень просто.

После обеда зашли в магазин купить Ноэми купальник. Адриан увидел пёстрый детский плавательный круг в виде черепашки – и обрадовался ему, как курицам. Он кричал, всплескивал руками и дрыгал ногами, давая понять всем своим видом, что без круга ему не жить. Пришлось вместо купальника Ноэми, купить круг Адриану. Уже на море, едва сев в свою черепашку, он быстро потерял к ней интерес. Лениво свесился в сторону и безучастно водил рукой по воде, пока мы с Ноэми катали его из стороны в сторону. 

21 марта, понедельник

Наконец, нашли время и возможность отдать грязные вещи в прачечную. Это было очень вовремя, поскольку у нас уже не осталось ни одной чистой вещи. За четыре килограмма заплатили 80 тысяч рупий. На Бали просили по 70 тысяч за килограмм. 

22 марта, вторник

Вечером ходили на противоположную сторону острова, чтобы посмотреть знаменитый закат на Гили Траванган. Зрелище приятное, но не захватывающее. 

23 марта, среда

Гили Траванган в отличие от Бали – мусульманский остров. Но местные мусульмане – отдельная история. Обе здешние мечети имеют в своей архитектуре ярко выраженные буддистские черты. В частности, минареты – почти точная копия китайских пагод. Рядом с одной из них стоит очень старая, покрытая зеленым мхом статуя Будды, а на стене другой трафаретным способом написана реклама: «Magic mushrooms, телефон такой-то». И здесь и на Бали наркотики широко распространены и общедоступны.

Когда звучит азан в записи очень плохого качества на арабском языке некоторые местные молодые люди выразительно кривляются и передразнивают его, прогуливаясь в трусах вокруг мечети, с забора которой большой плакат просит туристов уважать здешнюю культуру и не ходить по этой улице в бикини.

Мы видели, как один человек молился, сидя на корточках с сигаретой в одной руке и телефоном в другой. В перерывах между поклонами он смачно затягивался и писал кому-то сообщение. Кроме того, в каждом магазине продается спиртное, а практически в каждом ресторане подается свинина. Продавцами, поварами и официантами, естественно, работают местные жители. 

24 марта, четверг

По мнению Ноэми, родиться и вырасти на Гили Траванган – предел мечтаний. Так ей понравился остров. Мы познакомились на пляже с человеком, он родился и вырос здесь. Ему 28 лет, у него жена и двое детей. И он ни разу в жизни не был нигде, кроме Гили Травангана. Даже на Бали, куда всего несколько часов хода на катере. После этого Ноэми расхотелось рождаться и вырастать на маленьких островах. 

25 марта, пятница

Местная земля полна суевериями. Все кошки за редчайшим исключением ходят с обрубленными хвостами. Оказывается, из их хвостов здесь делают амулеты против злых духов. Все коренные островитяне – и мужчины, и женщины – носят длинные волосы. Считается, чем длиннее волосы, тем дольше жизнь.  

26 марта, суббота

Наши спартанские условия всё-таки стали нас немного смущать своим полным бытовым аскетизмом. Решили перебраться комнату более высокой ценовой категории. Нашли подходящую на соседней улице за 200 тысяч рупий в сутки. Договорились, что въедем послезавтра, когда у нас истекает оплата здесь. Хозяин, похожий на американского индейца, соглашался неохотно, видимо, опасаясь брать на себя лишние обязательства. Пришлось заранее заплатить ему за три дня. 

27 марта, воскресенье

В индонезийских морях богатейший подводный мир. Безграничные коралловые заросли, полные самых диковинных пёстрых рыб, юрких угрей, зловещих морских ежей и прочей опасной и не очень живности, непрерывно тянутся практически вдоль всей линии побережья. Однако найти подходящее место, чтобы нырнуть к ним с очками или маской, довольно сложно. Берег может быть либо чересчур пологим, и тогда до рифа не дойдёшь. Или же чересчур крутым, и тогда уже не донырнёшь. Наиболее оптимально – рассматривать рифы и их обитателей на глубине около 2-3 метров. Найти такое место у берега – большая удача, и она нам, наконец, улыбнулась. К тому же мы привезли с собой не только подводные очки, но и маленькие ласты, с помощью которых можно быстро уходить на глубину, не теряя зря запаса дыхания, и дольше преследовать разных подводных животных. 

28 марта, понедельник

Переехали в новый гостевой дом к хозяину-индейцу. Здесь намного лучше, чем в прежнем. Есть дополнительная кровать, куда можно положить Адриана, большая просторная ванная, несколько окон и два мощных вентилятора. Сразу почувствовали себя белыми людьми. 

29 марта, вторник

Купили однодневную экскурсию на соседний остров Ломбок. Выезд завтра в восемь утра, а у нас как назло перестала работать камера. На экране появилось сообщение, что нарушены контакты с объективом. Пришлось ее разобрать, насколько это было возможно, и протереть все части специальной тряпочкой для оптики. Это позволило её перезапустить.

Только сейчас мы поняли, почему многие искушенные туристы носят с собой маленькие водонепроницаемые электронные фотоаппараты. Возможность снимать под водой и держать в кармане мокрых плавок – лишь одно из их преимуществ в индонезийском климате. Другое, не сразу очевидное – они не выходят из строя по причине экстремально высокой влажности, как это произошло с нашей камерой. Отправляясь в Индонезию, стоит взять это на вооружение.

30 марта, среда

Ломбок – чудесное, пока ещё не сильно испорченное цивилизацией место. На острове намного меньше шумной туристической инфраструктуры, чем на Бали или даже на Гили Траванган, но при этом тоже есть мини-отели, гостевые дома и рестораны. Цены невысокие, продукты хорошие, иностранцев в десятки раз меньше. Можно много чего посмотреть. Так же как и на Бали есть потухший вулкан, обезьяний лес, деревня аборигенов (на самом деле большой рынок по продаже сувениров) и другие интересные места. В идеале именно сюда изначально и стоило приезжать с маленьким ребёнком.

Наш гид оказался помешанным на рисе. Он рассказал нам про шесть различных названий риса и про то, что рис – очень опасный и коварный продукт.

На пляже к нам подошла женщина, продающая национальные платки, в которых до сих пор ходят некоторые представители народности сасак (коренное население Ломбока). Сперва она просила за платок 100 тысяч рупий. Я начал отчаянно торговаться и сбил цену до одной тысячи – т.е. в сто раз! Я, конечно, подозревал, что они завышают цены для туристов, но не мог предположить, что настолько. 

1 апреля, пятница

Купили билеты в приглянувшийся нам накануне  круиз по островам. Пока стояли в очереди, Адриан успел дать кулаком по лицу одной австралийке, которая пыталась без очереди оплатить аренду ласт и маски для снорклинга. Вариантов размещения на судне было два – на общей палубе среди других туристов и в каюте. Мы решили взять каюту, хоть это и было почти в два раза дороже. Поторговавшись, сбили цену с 6 400 000 рупий до 5 500 000. Продавец предупредил, что мы купили шестую путевку из минимально необходимых десяти. Если не наберется больше десяти человек, тур отменят и вернут деньги. 

2 апреля, суббота

Индонезия, несмотря на множество плюсов – менее комфортное для иностранцев место, чем, скажем, Таиланд. Индонезийцы при обманчивой внешней похожести на тайцев более испорчены пороками, характерными для аборигенов туристических мест. Они более жадные, менее доброжелательные и услужливые, всегда пытаются обмануть или выудить из тебя больше, чем заслуживают. Кроме того, они очень неорганизованные, нечистоплотные и безалаберные. Это, к сожалению, сильно ухудшает общее впечатление от страны, которая сама по себе прекрасна. 

3 апреля, воскресенье

Утром продавец сказал, что на наш завтрашний тур продано всего девять путевок, и попросил прийти вечером: либо появится ещё один человек, либо он вернёт нам деньги. К вечеру недостающий человек появился. Продавец сказал, чтобы мы приходили к восьми утра на причал «Public Harbour». 

4 апреля, понедельник

С самого утра всё пошло не по плану. Продавец путёвки не встретил нас в бухте. Пришлось самим идти в кассы на причале, показывать путёвку и всё объяснять ни слова не понимающей по-английски девушке-кассиру, чтобы получить билеты. К счастью, мы успели сделать всё вовремя и, едва схватив билеты до Ломбока, сразу побежали садиться на наш катер, готовый отойти с минуты на минуту.

На Ломбоке нас тоже никто не встретил, зато едва не обманули извозчики на гужевых повозках в порту, предложив отвезти к месту посадки на нашу яхту. Но их сгубила собственная жадность. Если бы они попросили за свои навязчивые услуги хоть немного меньше, мы, возможно, согласились. В итоге, не договорившись о цене, мы побрели подальше от порта, просто чтобы избавиться от их одиозного общества. Через двести метров натолкнулись на вывеску с тем же логотипом, что в бланке путёвки. На вопрос, почему нас никто не встретил, работник турфирмы пробормотал что-то невнятное.

За час до отхода яхты хозяин турфирмы заявил, что мы должны заплатить ещё по 285 тысяч рупий с человека в качестве взноса за экскурсионное обслуживание и какой-то налог. Я ответил, что продавец путевки на Гили Траванган не говорил нам ни о каких дополнительных сборах, а напротив – заверял, что всё включено. Хозяин фирмы продолжал настаивать. Это окончательно вывело меня из себя. Я высказал ему всё, что накипело: про то, что нас никто не проводил там и не встретил здесь, про культуру их обслуживания, в целом, про то, что они все всегда врут, и ещё про многое другое. В заключение сказал, что я никому из них больше не верю, выразил сомнение, что эти поборы будут последними, попросил отменить наш тур и вернуть деньги. Хозяин с секретарем напряглись, сделали вид, что они куда-то звонят и что-то согласовывают, а потом, сказали, что всё решено и платить ничего не надо.

Мы сели на яхту и отошли, как всегда, с огромным опозданием. 

5 апреля, вторник

Посетили два волшебных острова. Первым был Мойо. Там находится величественный многоярусный водопад. Очень высокий. Вода длинными пенными струями стекает по камням. Хорошо видно, что остров вулканического происхождения. Все камни и скалы имеют округлую пластичную форму. Если подняться над водопадом, можно найти глубокие каменные ванны с ледяной водой. Купание в них очень бодрит. Правда, забираться к ним нужно по почти отвесной скале, цепляясь руками за лианы и твердые корни деревьев, растущих, как может показаться, прямо из скалы.

Карабкаться вверх с Адрианом на руках, как макака из местных джунглей, оказалось очень трудно. Экипаж яхты, сопровождавший нас в походе, помог затащить его наверх, передавая с рук на руки, но мы десять раз пожалели, что отправились в столь опасное путешествие с ребёнком. Донг, командир яхты сказал, что на его памяти Адриан – самый маленький ребёнок в подобном круизе за все двадцать лет его работы на судне. До недавнего времени самыми маленькими детьми на этой яхте были сын и дочь американской пары 10 и 12 лет. Впрочем, вместо гордости мы испытали разочарование этим фактом, когда пришло время спускаться со скалы. Дорога вниз в таких случаях всегда сложнее чем вверх. В итоге всё закончилось благополучно, но страху мы натерпелись.

Второй остановкой был остров Сотонда. Там расположено живописное озеро, на которое мы не поехали. Адриан, переполненный эмоциями от похода на Мойо (в первую очередь радости: он так и не понял, через что прошел), уснул как убитый в каюте. Мы решили его не будить и от поездки на Сотонду отказались. Пока наши доблестные попутчики героически пробирались узкими потаенными тропами сквозь индонезийские джунгли к затерянному озеру, мы с Ноэми спокойно плавали вокруг яхты, иногда поднимаясь на борт проверить спящего Адриана. 

6 апреля, среда

Утром бросили якорь в живописной бухте острова Лаба и отправились в поход на вершину высокой горы. Подъём – особенно для нас с Адрианом на руках – был тяжёлым, но на этот раз не опасным. Мы с Ноэми постоянно передавали его друг другу, и так забрались на вершину.

Усилия стоили того. С вершины открывается потрясающий вид на Лабу, на соседние острова, на бухту, где размеренно качалась на длинных волнах наша яхта, и на весь окружающий океан.

Следующая остановка была в открытом море. Донг объяснил, что здесь можно увидеть интересную большую рыбу – манту. Заметив глубоко под водой черное пятно, он посоветовал скорее надевать маску и прыгать. Я, как обычно, нырнул вниз головой и отчаянно поплыл вертикально вниз, ожидая увидеть рыбу размером с тунца или барракуду. Когда пузыри воздуха рассеялись, я чуть не захлебнулся от страха, потому что плыл прямиком на огромного черного ската с хищными клешнями возле рта и длинным шиповидным хвостом, конец которого даже не был виден в сгустившейся синей бездне. Только сейчас я понял, что все огромное черное пятно, на которое Донг показал с борта, и было целиком манту, а не коралловым рифом, в дебрях которого я намеревался искать незнакомую рыбу.

Тварь медленно скользила вдоль дна, зловеще шевеля огромными боковыми плавниками и тонким, как жало, хвостом. Я скорее отплыл от неё, но тут же натолкнулся ещё на трёх таких же. Одна из них подхватила ротовыми щупальцами со дна большую креветку и сожрала её. Решив, что я уже увидел достаточно, чтобы не спать всю следующую ночь, выскочил из воды.

Спросил Донга, каковы размеры этих рыб. Сам я оценил их метров в пять. Донг ответил, в среднем шесть-восемь метров. Это был второй удар по моей психике. Третий случился чуть позже, когда мы уже отошли от этого места и взяли курс на Розовый пляж на острове Калон. Огромная манту выскочила из воды, пролетела несколько метров над поверхностью и, разбрасывая множество брызг, плюхнулась обратно в море. Хотя Донг уверял, что для человека эти рыбы совершенно неопасны, знакомство с ними оставило в душе глубокий зловещий след.

Розовый пляж оказался совсем не розовым, а обычным жёлтым песочным пляжем. Здесь наш экипаж устроил вечеринку для пассажиров с громкой музыкой. Адриан всё время просыпался, громко кричал от радости и, казалось, тоже хотел танцевать. 

7 апреля, четверг

Последний день нашего четырёхдневного морского похода. Добрались, наконец, до национального парка Комодо. К сожалению, он не оправдал наших очевидно завышенных ожиданий. Из обещанных драконов, антилоп, обезьян, буйволов и прочей живности удалось увидеть только пару десятков драконов. И то, видимо, лишь потому, что они настолько медленные и ленивые, что не успели разбежаться.

Поход завершился в шесть часов вечера. Нас высадили на острове Флорес, где мы долго искали отель. Похоже, это место не располагает широкой туристической инфраструктурой, поэтому приход очередного лайнера оборачивается невиданным оживлением на улицах. Люди бродят в поисках отелей, а они все переполнены. В итоге нам удалось найти комнату за 250 тысяч рупий, но мы не пожалели отданных денег. Удобства были нам очень нужны – особенно после четырёх длинных насыщенных дней дикого морского существования, в течение которых мы ни разу не нашли возможности даже почистить зубы. Едва бросив вещи, мы сразу полезли в душ, не обратив внимание, что нам ещё не успели принести полотенца. После душа вкусно поели в ближайшем ресторане. Скудный корабельный паёк (рис с овощным рагу) заставил нас изрядно соскучиться по хорошей еде. Уставший Адриан один съел огромную тарелку тыквенного супа и крепко заснул у меня на руках прямо в ресторане. 

8 апреля, пятница

С раннего утра выдвинулись в обратную дорогу. Паром с Флореса на Сумбаву, опоздавший больше чем на два часа (по расписанию в 8:00, а ушел только после 10:00), тащился шесть часов. Остаток дня и всю ночь на двух автобусах (с пересадкой в городе Бима) ехали через всю Сумбаву с востока на запад. 

9 апреля, суббота

Поздним утром прибыли на уже знакомый нам Ломбок. На автовокзале в городе Матараме думали, что делать дальше: либо оставаться на Ломбоке и ехать на Бали завтра, либо собрать оставшиеся силы и ехать прямо сейчас. Решили не болтаться, как ведро в проруби, а возвращаться на Бали.

Отправления автобуса к парому нужно было ждать два часа. Ноэми понесла Адриана к его любимым петухам, сидевшим в плетёных клетках в дальнем конце автовокзала, а я остался сторожить вещи. Через несколько минут в здание вошла большая группа полицейских (около двадцати человек) и начали фотографироваться, что-то изображая. Потом их офицер подошел ко мне и попросил разрешения снять одного сотрудника со мной. Он объяснил, что они собирают материал для социальной рекламы о противодействии наркомании и им нужна постановочная фотография, на которой полицейский рассказывает туристу, как уберечься от наркоторговцев, избежать злачных мест и т.д. Я согласился. Ко мне подошел полицейский, вручил брошюру (почему-то на индонезийском языке) и наигранными позирующими жестами начал в ней что-то показывать. Остальные полицейские окружили нас кольцом, чтобы случайные прохожие не забредали в кадр, и фотограф начал снимать.

В этот момент прибежала Ноэми. У неё были очень испуганные глаза, а когда её не пропустили внутрь оцепления, вообще началась паника. Я сказал офицеру, что это моя жена. Он скомандовал, бойцы расступились, Ноэмита с растерянным лицом и с Адрианом на руках забежала внутрь круга. Увидев, что один полицейский мне что-то энергично втолковывает, другой меня постоянно снимает, а третий на ломанном английском говорит про то, как вредно употреблять наркотики, она испугалась ещё больше. Стоило больших усилий, объяснить ей, что происходит.

До Бали добрались поздно вечером. Разместились в городе Кута в отеле «Луса», который заблаговременно присмотрели ещё до отъезда на Гили Траванган.  

10 апреля, воскресенье

Впервые обменивал деньги в частной лавочке. Лень было идти до правительственного пункта, да и курс показался выше (13550 вместо официального на этот день 13090). Меня тут же попытались обсчитать. Я заметил обман и попросил добавить недостающую сумму. Она вроде бы добавила, но потом опять что-то забрала, наверное, думая, что я не заметил. Я лишь убедился, что осталось по крайней мере не меньше, чем было бы в правительственном – 13100 – и ушёл. Связываться с такими людьми всегда противно.

11 апреля, понедельник

Для эксперимента зашёл в другой частный обменник, предлагающий курс 13899 (собственно из-за курса и зашёл, такого высокого нигде не видел). Показал свои сто долларов и сказал, что хочу их обменять. Кассир (и по совместительству, как здесь водится, продавец деревянных пенисов различных размеров) лениво набрал на калькуляторе сумму и попытался взять деньги. Я демонстративно убрал купюру обратно в карман и сказал, что он получит её только после того, как я возьму и внимательно пересчитаю рупии. Он засуетился и вдруг заявил, что у них есть комиссия – 10%. Посчитал на своем калькуляторе, получилось меньше, чем по официальному курсу. Я отказался менять и ушёл в правительственный обменник. Вывод в конечном счете один – никогда и ни при каких обстоятельствах не заходить в частные лавочки для размена валюты. Обсчитывают и врут в каждой из них без исключения.

Обменяв деньги, поехал в миграционную службу продлевать визы. Без визы можно находиться в Индонезии не более 30 дней, а у нас получалось 34 дня. Оказалось, что весь процесс занимает больше недели и предусматривает три посещения офиса. Поскольку мы уезжаем уже послезавтра, документы принять отказались. Сказали, что за каждый просроченный день придется заплатить по 300 тысяч рупий с человека при вылете в аэропорту. За четыре просроченных дня с трёх человек получается 3 600 000 рупий (почти 280 долл. США). С одной стороны, жалко этих денег. С другой – учитывая миграционные сборы, услуги такси и кучу времени, которое пришлось бы потерять в очередях, заплатить штраф за несколько дней получается ненамного обременительнее, чем заниматься продлением виз. 

12 апреля, вторник

Начались предотъездные хлопоты. С позволения персонала отеля воспользовались их рабочим компьютером и принтером, чтобы зарегистрироваться на рейс на сайте авиакомпании. Съездили в большой супермаркет «Мата Хари», купили сувениры (там они дешевле и качественнее, чем в сувенирных лавках), новый рюкзак и фрукты Адриану в дорогу.

Во время наших разъездов и общения с продавцами в очередной раз убедился, что торговаться в Индонезии нужно жестко. Цены, которые тебе называют, завышены минимум в три раза. Это прописная истина, которую следует постоянно держать в голове.

Торговаться надо начинать не больше, чем от четверти того, что просят. Говорят 200 – сразу проси за 50 или ещё меньше. Не соглашаются, сразу уходи и пробуй с другими. Конкуренция, по крайней мере на Бали, дикая. Сувенирных лавок, такси, ресторанов, уличных продавцов очень много. Кто-нибудь обязательно согласится на твою цену, особенно, если увидит, как легко ты отбраковываешь его коллег. 

13 апреля, среда

Едва успели немного искупаться с утра, зарядил сильный дождь. Лил несколько часов сплошной стеной. Поваляться напоследок на пляже под жарким солнышком не получилось.

Заказ машины до аэропорта в очередной раз подтвердил истину о необходимости торговаться. Вместо 150 и 200 тысяч рупий, которые пытались содрать с нас наиболее ушлые таксисты, мы уехали всего за 60 тысяч. Только лишь потому, что попросили водителя включить счетчик (который они все обязаны включать, но никогда не делают этого).

14 апреля, четверг

Этот день из-за разницы во времени между Бали и Хартумом стал для нас длиннее на пять часов. Тщательно вычищенная перед отъездом квартира оказалась завалена толстым слоем пыли. Остаток дня после приезда провели в домашних хлопотах. Адриан, судя по всему, остался очень доволен своими индонезийскими приключениями.


1253 просмотров




Теги:


Отправить свой рассказ!





Подписать на мои новости: